В экономике есть термин «эффект бабочки». Суть его в том, что любые локальные события могут вызвать серьезные глобальные последствия. Эскалация напряженности между США и Ираном до уровня открытого столкновения незамедлительно ударила как по автобизнесу в Ближневосточном регионе, так и по мировой автомобильной промышленности.
Европейские люксовые автобренды, такие как Mercedes-Benz, Porsche, BMW, Rolls-Royce и Ferrari, первыми ощутили на себе негативное влияние столь накалившейся геополитической ситуации. Оно и понятно, ведь именно рынок Ближнего Востока в последнее время стал одним из самых прибыльных для производителей премиума.
В Объединенных Арабских Эмиратах, к примеру, порядка 20% от всех проданных автомобилей приходится как раз на импортные премиум-модели. Однако теперь регион живет в других реалиях, поэтому непонятно, что же будет дальше.
Примечательно, но факт: объемы продаж на Ближнем Востоке могут быть в разы ниже, чем, допустим, в США, а прибыль получается сопоставимая. Не надо искать в этом чудес — просто шейхи часто предпочитают заказывать себе супердорогие кастомные версии, отделанные максимально редкими материалами или вовсе инкрустированные бриллиантами.
После начала американо-иранского конфликта дилерские центры элитных марок в странах Персидского залива стали закрываться на неопределенный срок один за другим, а те, что продолжили работать, остались практически без клиентов. Опустели автосалоны не только из-за того, что местным богачам временно стало не до автомобилей.
Так, почти сошли на нет и «шопинг-туры» за премиальными машинами — подобные поездки в последние годы пользовались популярностью в том числе у сверхсостоятельных россиян, лишившихся возможности покупать желаемое по причине санкций.
Вдобавок, даже если бы спрос вдруг остался на прежнем уровне, новые поставки автомобилей все равно встали на паузу, поскольку Ормузский пролив, важнейшая логистическая артерия, оказался экстренно закрыт.
Сокращение до минимума числа покупателей и сбой поставок — это лишь полбеды. Конфликт негативно сказался и на производстве сырья. Для примера возьмем Бахрейн — там расположен крупнейший в мире алюминиевый завод, который резко сократил объемы выпуска. А ведь «крылатый металл» многие автопроизводители обильно используют в конструкции своих премиальных моделей.
Кажется, сбои в глобальных цепочках поставок стали сегодня для мировой промышленности в целом хотя и всегда неприятными, но в то же время вполне предсказуемыми спутниками происходящей действительности. Еще пандемия COVID-19 научила нас тому, что дестабилизация или хотя бы ее угроза — серьезный фактор влияния на самые разные аспекты жизни, и поэтому, надеясь на лучшее, нужно обязательно готовиться к худшему. Тогда ни одни потрясения не ударят так, что после этого нельзя будет подняться, отряхнуться и снова включиться в гонку за покупателей и их кошельки.