Суть претензии проста, как лом, и так же примитивна. ГИБДД объявила охоту на граждан, журналистов, блогеров и вообще всех, кто смеет публиковать фото и видео нарушений ПДД. Дескать, любой публичный показ, сделанный ради негативного воздействия на окружающих или информационного пиара, будет признан правонарушением. Формулировка эта — шедевр бюрократического абсурда.
Кто и каким прибором будет измерять градус «негативного воздействия» и чистоту помыслов автора публикации? Допустим, водитель выкладывает кадры смертельного ДТП с криком души «смотрите, к чему приводит лихачество, не повторяйте эту ошибку». Кто даст гарантию, что гаишный цензор, у которого после обеда прихватило совесть и желчный пузырь, не истолкует этот крик души как злостный пиар в оправдание нарушений ПДД и попытку давления на общественность?
Это чистейшей воды введение людей в заблуждение, маскирующее банальную трусость и нежелание работать. Автоинспекция заявляет о недопустимости демонстрации опасного поведения в Сети и на дорогах. Но позвольте, а как иначе достучаться до их глухих кабинетов?
Раньше благодаря народным роликам страна узнавала в лицо своих «героев»: будь то сумасшедший мажор на внедорожнике, устраивающий массовую бойню в центре города, или блогер-недотепа, отрабатывающий дрифт на встречке. Их вычисляли, им устраивали публичную порку, их привлекали к ответственности благодаря той самой шумихе, которую теперь хотят запретить.
Выходит, теперь можно творить любую дичь на дороге, и все останется шито-крыто, раз никто и нигде этого не увидит? Даже глупые и хайповые ролики с авариями работали как прививка — они наглядно и без прикрас показывали, как поступать не надо. Но вместо того, чтобы ежедневно выходить на охоту за беспредельщиками на трассах (в том числе и по опубликованным в тех же соцсетях кадрам), инспекция с комфортом устроилась в социальных сетях и объявила войну неудобному контенту.
Апогеем этого фарса стало неуклюжее оправдание, выпущенное после того, как новость о запрете подняла шум в СМИ, включая нашу публикацию. Почувствовав, что замахнулись на свободу слова покруче иного деспота, в ГАИ дали заднюю, но умудрились сделать только хуже.
Гайцы заявили, что запрет касается исключительно материалов, в которых «пропагандируется опасное поведение» и «возвеличиваются лица, совершившие нарушения». Термин «возвеличиваются» — это вообще отдельный диагноз для «писателей в погонах». Но раз уж на то пошло — где критерии этого самого возвеличивания?
Если в сюжете нарушителя назвали не «героем», а всего лишь «сомнительным кадром», это еще уничижение или уже возвеличивание? Получается, в ГАИ учредили собственную инквизицию, которая будет на ощупь определять, насколько почтительно пресса отозвалась об очередном дорожном хаме. Это не профилактика безопасности, это регулирование эмоций и лексики, прикрытое заботой о «провоцирующем эффекте».
И наконец, самый циничный и безграмотный пассаж — угрозы в адрес СМИ. Госавтоинспекция заявила, что будет запрашивать данные об авторах публикаций, а за отказ делиться источниками пугает возбуждением административных дел. Видимо, в своем карательном угаре в ведомстве напрочь забыли о существовании Закона РФ «О СМИ».
А он железобетонно гарантирует редакции право хранить в тайне личность автора и источник информации. Эти данные раскрываются исключительно по решению суда, а не по первой хотелке инспектора с мигалкой, возомнившего себя и следователем, и судьей, и палачом в одном лице.
Произошедшее — это не защита дорожного правопорядка, а классическая попытка заткнуть рот обществу, чтобы под аккомпанемент липовых отчетов скрыть собственную беспомощность перед реальным дорожным хаосом. И пока у руля в ГАИ сидят люди, не понимающие разницы между критикой и пропагандой, а также не знающие базовых законов о прессе, на дорогах не станет безопаснее. Там просто станет тихо и страшно...