— Нынешние тенденции в промышленности ФРГ напоминают ситуацию столетней давности, — замечает ученый секретарь ученого совета образовательного учреждения профсоюзов высшего образования «Академия труда и социальных отношений» (ОУП ВО «АТиСО») Петр Арефьев. — Именно тогда, в начале 1930-х, немецкий народ под эгидой дорвавшихся до власти национал-социалистов с энтузиазмом включился в масштабный проект «Третий Рейх», который был якобы призван реализовать их чаяния.
На первых порах так и было: головокружительные успехи на начальном этапе экспансии гитлеровской «империи» в Европе помогли преодолеть продолжительный экономический кризис. И лишь потом было принято роковое для страны решение напасть на СССР, которое в конечном итоге привело Германию к краху. В сегодняшней Германии наблюдается ситуация, схожая с положением вековой давности.
И это — несмотря на тот факт, что глубина экономического спада, в котором оказался «локомотив» ЕС, не столь велика, как столетие назад. Да и Советского Союза больше нет, т.е. в мире отсутствует жесткое идеологическое противостояние, характерное для 30-х прошлого века. Однако немцы явно и последовательно готовятся к войне, причем в Берлине не скрывают, что своим врагом считают именно Россию. И немецкий автопром без преувеличения находится в центре этих событий, — подчеркивает собеседник портала «АвтоВзгляд».
Началось с того, что буквально за считанные годы, как замечает специалист, возникла устойчивая общемировая тенденция к сокращению спроса на продукцию ведущих европейских автоконцернов и, как следствие, к снижению выпуска гражданских машин. Спад наметился в 2024 году, по итогам которого ведущие бренды Германии (VW, Porsche, BMW и Mercedes-Benz) реализовали соответственно на 2,3%, 3%, 4% и 3% меньше ТС, чем в 2023-м. В прошлом году показатели снова ухудшились.
А по итогам I квартала 2026-го глобальные поставки Volkswagen сократились на 3,8% (электромобилей — на 8%), Porsche — на 15%. BMW в январе — марте 2026 года уменьшила продажи моделей BMW, Mini и Rolls-Royce в годовом выражении на 3,5% («электричек» — на 20,1%). Результат Mercedes-Benz снизился на 6% относительно I квартала 2025-го. В этой ситуации милитаризация немецкой промышленности, по разумению менеджмента автоконцернов, становится шансом на выход из тупика, замечает Арефьев. Проще говоря, им выгодно переходить на военные рельсы.
Так, завод Volkswagen в Оснабрюке (земля Нижняя Саксония) рассматривается сейчас как потенциальная площадка для производства бронированных кабин по заказу оборонного концерна Rheinmetall. Ранее, в апреле, председатель правления VW Оливер Блуме заявил, что компания обсуждает с оборонным комплексом возможность производства в Оснабрюке продукции военного назначения. Более того: концерн уже построил на этом заводе прототипы военных машин на основе пикапа Amarok и фургона Crafter, которые в 2026 году были представлены на выставке Enforce Tac в Нюрнберге.
В свою очередь, BMW ведет переговоры о внедрении в свое производство военных технологий беспилотного вождения и работает над интеграцией грузовых автомобилей с роями БПЛА. О планах расширения деятельности в оборонном секторе, включая разработку систем взаимодействия военной техники с роями дронов, в мае нынешнего года заявил Mercedes Benz. Также интерес немецкого Минобороны вызывают внедорожники Mercedes Benz G-Class (в Бундесвере они проходят как Wolf), которые могут переоборудоваться и дорабатываться для армейских нужд. А глава правления Porsche Ханс Дитер Петч заявил о намерении своей компании увеличить инвестиции в оборонную отрасль, сохранив основной род деятельности.
— Таким образом, процесс идет полным ходом, — делает вывод эксперт. — Причем милитаризация дает немецким автоконцернам не только шанс компенсировать снижение продаж гражданской продукции, но и снизить зависимость от пресловутой «зеленой политики», из-за которой отрасль была вынуждена производить дорогие, но мало востребованные электромобили. Танк на «батарейке» не поедет, замечает. Нужен старый добрый ДВС...
Заметим: происходящие в автопроме Германии процессы набирают обороты на фоне воинственной риторики политиков в Брюсселе и Берлине. Глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен (в прошлом — министр обороны ФРГ) еще в мае 2024 года заявила, что ЕС необходимо готовиться к войне с Россией и принять меры для совместного вооружения.
А нынешний немецкий канцлер Фридрих Мерц после прихода к власти в мае 2025-го заявил о намерении создать самую сильную в Европе сухопутную армию и назначил главой внешней разведки бывшего посла на Украине, который, в свою очередь, свою вступительную речь начал с тезиса о необходимости готовиться к войне с Россией.
По итогам первого года в качестве главы немецкого правительства, Мерц умудрился стать одним из самых непопулярных канцлеров за все время существования в Германии этого поста, что никак не повлияло на его подчеркнуто агрессивную антироссийскую риторику и политику. Бывший вице-премьер Сербии Александр Вулин охарактеризовал эту ситуацию так: «В Европе уже никто не помнит Вторую мировую, поэтому канцлер Германии Мерц говорил, что «к 2030 году мы будем готовы сражаться с Россией». Что ж, историческая амнезия еще никого не доводила до добра. Немецкому автопрому она тоже вряд ли принесет в конечном итоге желаемую выгоду.