Около 60% новых автомобилей в России (а у некоторых брендов — и до 70%) приобретается в кредит. Иными словами, с привлечением заемных денежных средств. И тут на сцену выходит Центробанк, который сначала задирает ставку рефинансирования — ту самую, под которую банки занимают у него — а потом начинает издевательски медленно ее отпускать: по 1/2 процента в месяц.
Автопроизводители и дружественные им организации переходят «на ультразвук»: при таких кредитных ставках машин нам не продать. А тут еще финорганизациям и свеженькое постановление с Неглинной, 12 подоспело: всех желающих впасть в долговую кабалу — проверять, никому сомнительному — не давать. Захочешь одолжиться — не получишь! Центробанку-то чего, жалко, что ли? Откуда такая жесткость денежно-кредитной политики, что местами уже переходит в жестокость?
Во-первых, общая сумма задолженности по автокредитам в России на 1 января 2026-го года составила 3 430 000 000 000 рублей: три с половиной триллиона. Это около 8% от федерального бюджета на год — гигантская, невообразимая сумма. Не соизмеримая, а равная дефициту госказны на текущий год. Финансовый пузырь, который запросто может стать бомбой замедленного действия для страны.
Уровень невозврата уже велик, а с ростом цен и падением дохода будет только расти. Увы, но очень многие покупатели кредитных (и особенно — лизинговых) автомобилей столкнулись с невозможностью и дальше платить по счетам: откройте любую доску объявлений и увидите сотни предложений по переуступке прав. Обвал, рискующий создать «эффект домино» на рынке никому не нужен. Тем более — регулятору: именно поэтому «кран» и перекрыли.
Вторая по счету, но не по актуальности задача, стоящая перед всеми финансовыми институтами — это перестроение общей потребительской культуры совершения покупок. Особенно таких крупных как автомобиль. Эпоха массового кредитования слишком часто приводила к неразумному с любой точки зрения потреблению, а череда (точнее — уже волна) «частных банкротств» просто подтверждает неумолимый факт: загадывать на завтра — не в наших возможностях.
Уже в январе 2026-го года в кредит было продано только половина новых автомобилей — спрос начал перестраиваться. И «рост сроков эксплуатации ТС», о котором с ужасом говорят автопроизводители, просто показывает новую старую привычку российского автомобилиста: машину у нас принято эксплуатировать бережно и долго. История про «три года и в trade in» актуальной так и не стала: слишком дорого, нет в массе таких доходов. Да и потребности — тоже нет.
Тяжелые решения нужно кому-то принимать, а надеяться на «кредитик» и «перезаем» до зарплаты — прямой путь в долговую яму. Другой вопрос, что накопить на машину — сложно (у среднего россиянина процесс займет минимум три года, коли ничего не есть и не пить), а с накопленным идут отнюдь не в автосалоны, где товар в трех случаях из трех не соизмерим с ценником. Но это уже не проблема ЦБ.
