На скамье подсудимых — полтора десятка человек. Большинство, как водится в таких делах, вину признали, но не целиком, а аккуратно, дробно, с оглядкой на статью и надеждой на снисхождение. Организатор банды — некий гражданин Афанасьев, персонаж уже с судимостью, что в криминальном мире, видимо, считается «знаком качества» и подтверждением «профессионального» опыта.
Именно он, судя по материалам дела, был мозгом, кошельком и главным риск-менеджером этого криминального предприятия. Схема выглядела почти элегантно: брались подержанные, но статусные машины, страховались по цене новых или слегка подержанных, после чего бесследно исчезали. Ну, как бесследно.
Автомобили — сплошь премиум: BMW 7-й серии, Audi A6 и A8, корейские Hyundai Equus и Kia Quoris. Машины, которым в обычной жизни положено стоять у бизнес-центров с видом на Неву, а не прятаться по сырым ангарам в промзонах. Но у Афанасьева и его команды были на них иные планы. Они смотрели на эти лакированные капоты не как на предмет роскоши, а как на билет в безбедное будущее — собственное.
Особую роль в этой истории сыграл некий Чикишев. Человек с явным талантом к конспирации, достойным лучшего применения. При встречах с организатором он всегда оставлял мобильный телефон дома.
Не в машине, не на беззвучном режиме в кармане — именно дома, чтобы у правоохранителей не было даже теоретического шанса зафиксировать его контакты через вышки сотовой связи. Прямо как в шпионских фильмах, только с поправкой на петербургскую погоду и отсутствие голливудского бюджета.
При этом Чикишев занимался самой грязной и рискованной работой: перегонял угнанные авто в гаражи, где их разукомплектовывали на запчасти, либо менял VIN-коды и государственные номера для отправки за рубеж.
Остальные участники были статистами, но с четкими функциями. За небольшое вознаграждение они предоставляли свои паспорта, подписывали липовые договоры купли-продажи, а затем шли в полицию писать заявления об угоне. Актеры, одним словом.
Иногда, правда, страховщики отказывались платить. Тогда в игру вступал ничего не подозревающий адвокат, который по поручению Афанасьева подавал иски в суды. Юрист искренне полагал, что защищает права пострадавших автовладельцев. А те, в свою очередь, сидели в ус не дули и ждали прибыли.
За три с половиной года — с февраля 2015-го по июль 2018-го — группе удалось «увести» у страховщиков круглую сумму. По десяти эпизодам деньги поступили на счета. Еще по трем — не сложилось. В одном случае одну из машин нашли в гараже у Чикишева. А в другом — у страховой компании отозвали лицензию. Форс-мажор, как говорят, по независящим от преступников причинам. Судьба, карма или просто бизнес-план с изъяном.
Тем не менее, общий ущерб составил 21 млн рублей. Цифра для страхового рынка не космическая, но для существования ОПГ — более чем достаточная. Однако суд, как это часто бывает, счел, что «малый бизнес» пора сворачивать.
Восемь фигурантов получили реальные сроки — от 1 года 8 месяцев до 5 лет колонии общего режима. Плюс штрафы на общую сумму 2,54 млн рублей. Еще трое отделались годом колонии-поселения, но тут вмешалась бюрократия: истекли сроки давности, и их отпустили прямо в зале суда.
С осужденных взыскали более 15 млн рублей в пользу страховых компаний — деньги, которые они уже успели потратить, но теперь придется возвращать. Часть исков, правда, оставили без удовлетворения — для разбирательства в гражданском порядке: там еще предстоит доказать, что некоторые эпизоды действительно были мошенничеством, а не стечением обстоятельств.
...Показательно, что в этом деле нет виртуозных взломов электронных систем или супертехнологий. Все — как в лучших традициях российского быта: знакомые, гаражи, пара ангаров и старый добрый перебитый VIN. Максимум инноваций — это оставленный дома телефон Чикишева.
